Peter Hammill

читать далее...

Вскоре после этого "VDGG" распались во второй раз, и Питер сосредоточился на сольной карьере. Впрочем, роспуск группы оказался событием номинальным, поскольку на хэммилловских пластинках "Chameleon In The Shadow Of The Night" и "The Silent Corner And The Empty Stage" "вандерграфовцы" гостили практически полным составом. В принципе обе работы можно было спокойно отнести к дискографии "Van Der Graaf Generator", однако они все же имели более личностный характер, нежели касавшиеся расширенной тематики командные альбомы. Только летом 1974-го вышел гигант "In Camera", который можно было считать уже настоящим сольником, ведь подавляющее большинство партий Хэммилл исполнил лично. Записанный в домашней студии и соединявший элементы авангарда, прогрессива и симфонической музыки альбом получился готически-мрачным и клаустрофобным, а в его текстах Питер апеллировал к апокалиптическим, религиозным и экзистенциальным образам.

В том же году Хэммилл дебютировал как литератор, выпустив книгу "Killers, Angels, Refugees" (его второе творение на этом поприще, "Mirrors, Dreams, Miracles", вышло в 1980-м). В 1975-м Питер придумал себе альтер эго Рики Надира и предвосхитил нашествие панка альбомом "Nadir's Big Chance". В этот же период "Van Der Graaf Generator" получил третье рождение, но параллельно с работой в группе музыкант продолжал выпускать диски под своим именем. Так, в 1977-м вышла пластинка с личностными любовными переживаниями "Over", а в 1978-м появился опус "The Future Now", на котором Хэммилл вылез из интроспективных рамок и потихонечку занялся электронно-сэмпловыми экспериментами. После очередного распада "VDGG" Питер продолжал сотрудничать со своими коллегами по команде, поэтому неудивительно, что иногда звучание его пластинок было уж слишком "вандерграфовским". В 1979-м Хэммилл в роли вокалиста засветился на первом сольнике Роберта Фриппа. В том же году публикацией "pH7" закончилось долговременное партнерство музыканта с фирмой "Charisma Records", и на протяжении 80-х его альбомы издавались различными маленькими лейблами. Лучшими работами этого периода считаются "A Black Box" и "Sitting Targets", где Питер удачно совместил экспериментально-авангардную и лирическо-попсовую составляющие своего творчества. В 1982 году Хэммилл появился в качестве бэк-вокалиста на четвертом альбоме Гэйбриэла, а 10 лет спустя то же самое повторилось на "Us".

В начале 80-х Питер собрал сопровождающую команду "K Group", с которой сначала играл энергичный нью-вэйв на концертах, а позже заседал в студии, записывая полнометражки "Enter K" и "Patience". В середине декады Хэммилл начал сотрудничать с программером Полом Ридаутом, благодаря чему на свет появились такие электронно-ориентированные пластинки как "Skin" и "And Close As This". Но если первая из них звучала жизнеутверждающе, то на второй царили грусть и печаль, передаваемые сольными клавишами Питера. В 1988-м вышел, пожалуй, самый ньювэйвовый хэммилловский альбом "In A Foreign Town", но в том же году несколькими месяцами ранее музыкант на пару с Гаем Эвансом записал экспериментально-импровизационную программу "Spur Of The Moment". После "Out Of Water", где по признанию самого автора он начал отступать от восьмидесятнического стиля, и концертника "Room Temperature" Хэммилл основал собственный лейбл "Fie!", на котором выходили все его последующие альбомы.

На протяжении 90-х работы Питера появлялись регулярно, и первой из них стала опера "The Fall Of The House Of Usher", которую Хэммилл и его бывший коллега по "VDGG" Крис Джадж Смит задумали еще в 70-х. Позже Питер несколько переделал ее и в 1999-м выпустил как "The Fall Of The House Of Usher (Deconstructed & Rebuilt)". За интимным "Fireships" последовал бодрячковый "The Noise", а кроме того, в 1993-м в продажу поступили концертник "There Goes The Daylight" и пластинка с немецкоязычными вариантами песен "Offensichtlich Goldfisch". Середина 90-х оказалась украшена командноориентированными работами "Roaring Forties" и "X My Heart", а в довесок к ним прилагались синтезаторные эксперименты "Sonix". На "Everyone You Hold" Хэммилл опять погрузился в интроспективное настроение, но вскоре устремился к разнообразию и вместе с минималистичными номерами поместил на диск "This" вещи в духе Надира и сложноаранжированные композиции. В преддверии миллениума Питер сотрудничал с эмбиентщиком Роджером Ино в программе "The Appointed Hour", а переход в третье тысячелетие отметил альбомами "None Of The Above" и "What, Now?", на которых выступил не как арт-рокер, а как простой автор-исполнитель типа Леонарда Коэна. После инструментального сборника "Unsung" он продолжил развивать новое направление и на "Clutch" вернулся в сопровождении акустической гитары.

В 2003 году артист перенес сердечный приступ, но оборотов не сбросил и по-прежнему исправно поставлял на рынок свою продукцию. Буквально накануне эксцесса со здоровьем он закончил запись амбициозного концепта "Incoherence", ставшего одним из лучших творений в его дискографии, а с 2005 года был вновь приведен в действие "Генератор Ван Дер Граафа". Конечно, работа в группе отнимала много времени, но уже в 2006-м вышел очередной сольник "Singularity", в котором из-за пережитого приступа зазвучали темы смерти. Чувством исчезновения и утраты был проникнут и "Thin Air", да и на "Consequences" не намечалось особого просветления. В 2013 году Хэммилл сделал совместную запись с американцем Гэри Люкасом "Other World", а в осенью 2014-го подготовил очередную собственную пластинку, а точнее целых три. Альбом "All That Might Have Been" был довольно уникальным явлением даже для такого экспериментатора как Питер, поскольку в нем не находилось стандартных песен, но зато их фрагменты сливались в единое целое, как это происходит в фильме, где персонажи появляются и исчезают, а сцены перетекают одна в другую. Такой подход оказался необычным для самого Хэммилла, и поэтому он трудился над новым опусом целых 18 месяцев, чего с ним раньше не случалось.